Вадим Климов. Кафель. Рассказ

О проекте | На главную | Статьи
Сопротивление | Литература | Да, смерть!
Гостевые книги | Контактные адреса | Ссылки

 

Большая светлая комната с унитазом в центре. Из унитаза растет дерево, растет прямо на глазах. Его поливает из ведра старушонка в черном поношенном балахоне. Она тихо напевает нудную мелодию. Руки старушки начинают трястись, ведро падает на пол. Вода разливается по белому кафельному полу. Не переставая, льет из катающегося ведра. Вот уже весь пол в комнате покрыт водяным слоем. Ветви дерева опускаются, листья тянутся к воде. Но вода все пребывает. Старуха не выдерживает, скидывает с себя балахон и лезет на унитаз, хватаясь за шевелящиеся ветви дерева. Ведро плавает по поверхности выливающейся из нее воды, яростно колотя тонкой металлической ручкой. Старуха начинает выть, лезет вверх по дереву. Напившиеся воды листья вместе с ветвями поднимаются вверх, хватают старуху за грязную мокрую одежду, пытаются сбросить в воду. Она истошно вопит. Затем замолкает и с силой вгрызается зубами в кору дерева. По стволу струится ручеек крови. Быстро усиливаясь, он сбивает старуху вниз. На ветвях висят оторванные руки и ноги.
Алексей проснулся покрытый потом и мятым бельем. Из носа текла кровь, сброшенная с кровати подушка, валялась в дверном проеме. Он полежал еще несколько минут, смотря в потолок, отдыхая от измотавшего его сна. Вот уже две недели снился один и тот же сон. Вычурно примитивный сумасшедший по динамике, забирающий силы, не позволяющий отдыхать.
Алексей поднялся и пошел на работу.

Тем временем, Алексей, его брат, уже шел по коридору пятого этажа заведения, в котором они работали. Шел мыть руки. Открыв дверь с характерным знаком сверху, зашел в туалет. Наиболее часто используемые Алексеем писсуары, на этот раз были заняты. Из каждого из четырех писсуаров росли непонятные растения, похожие на кустарник. В дальнем углу, у окна, стоял человек в темно синем рабочем халате и забивал гвозди в стену, выложенную белым кафелем. Приглядевшись, Алексей увидел, что рабочий пытается прибить к стене ветки кустарника, растущего из последнего писсуара. Рабочий неумело бил молотком, не всегда попадая по шляпке гвоздя, из-за чего кафель трескался и кусочками осыпался на пол. Ветки кустарника были настолько тонкими, что прибить их к стене было невозможно. К тому же рабочий использовал самые толстые гвозди. Иногда ему удавалось зацепить гвоздем ветку, отчего она трескалась и отваливалась от кустарника.
- Что вы делаете? – спросил Алексей.
- А разве не я должен задать этот вопрос? – удивленно спросил рабочий, продолжая смотреть на стену.
Повернувшись к Алексею, он задел ногой ведро с гвоздями, все высыпалось на пол. Рабочий недовольно перевел взгляд на ведро.
Дверь одной из кабинок открылась. Девушка в одной сорочке, едва доходившей до бедер, выскочила из кабинки. Беззаботно смеясь, виляя бедрами и не обращая ни на что внимания, она выбежала из туалета. После удара двери пространство погрузилось в тишину.
Алексей удивленно посмотрел на рабочего, который, закурив, одной рукой начал собирать гвозди в ведро.
- Смотри у меня, - пригрозил он. – В последний раз.
Алексей зашел в одну из кабинок, закрыл дверь на маленький ржавый замочек, снял штаны и сел на унитаз. Рабочий все возился с гвоздями, когда он услышал над головой голос мальчика:
- Алеша, здесь нет бумаги, смотри.
На перегородке, свесив ноги вниз, сидел мальчик. В руке он держал рулон туалетной бумаги. Алексей осмотрелся: в кабинке действительно не было бумаги. Он встал, чтобы взять ее у мальчика. Как раз в этот момент мальчик кинул рулон вниз, попав в унитаз. Бумага быстро намокла, Алексей услышал смех над головой. Посмотрел наверх, но мальчика уже не было.
Алексей с отвращением достал из унитаза рулон. Попытался сбросить намокшую бумагу, но намокшей оказалась вся бумага. Разозлившись, он бросил рулон в пустое мусорное ведро. Ничего не оставалось, кроме как надеть штаны, что и сделал Алексей.
Немного повозившись с ржавым замочком, он вышел из кабинки. Рабочий все еще собирал гвозди.
- Бааааа, - воскликнул он, увидев Алексея.
Приветствуя Алексея, рабочий попытался подняться, но с силой ударился головой о писсуар, потерял сознание и упал на пол. Давно треснувший писсуар на этот раз развалился. Отвалившийся тяжелый кусок упал на голову рабочего, острым концом войдя в висок. Сверху из писсуара на голову полилась вода, посыпалась земля. Кустарник завалился на бок. Рабочий лежал на полу в луже воды, смешанной с кровью. Кругом валялись гвозди, размокшая земля и куски кафеля.
- Что я могу сказать? – вылезли слова из Алексея.
Позади он услышал голос девушки:
- Алеша, здесь нет бумаги, смотри.
В туалет забежала та же девушка в одной сорочке. В руках она держала рулон туалетной бумаги. Все также беззаботно смеясь и виляя бедрами, пробежала мимо Алексея и валяющегося на полу рабочего. За девушкой тянулась двухметровая белая полоса туалетной бумаги. Забежав в кабинку, из которой недавно выбежала, девушка шумно закрылась. Два метра белой полосы вылезали из-под двери.
Алексей подошел к кабинке, в которую забежала девушка, снял штаны, поднял бумагу с пола и начал подтираться. Но трусы уже были грязные. Закончив, с удовольствием на лице он надел штаны и подошел к расколовшемуся писсуару.
- Как же нам с этим быть? – сказал он.
Рабочий открыл глаза, попытался подняться на ноги. Встав на четвереньки, он протянул руку Алексею, чтобы тот помог ему подняться. Неумело улыбнувшись, Алексей ударил ногой по его второй руке. Рабочий безмолвно упал на пол.
- Так что ты все-таки делал? – спросил Алексей, взяв в руки молоток.
И, не дождавшись ответа, начал скакать по туалету, разбивая молотком кафель на стенах.
Закончив, устало опустился на пол рядом с все увеличивающейся лужей из воды, крови, земли, гвоздей, осколков писсуаров и кафеля.
- Что же со всеми нами происходит? – услышал он голос мальчика, кинувшего рулон бумаги в унитаз.
Мальчик подошел к ближайшему к Алексею писсуару, шумно отлил.
- Их надо поливать иногда.
Мельчайшие капли мочи покрыли лицо Алексея. Достав из кармана платок, Алексей вытерся.
- Я устал, - сказал он мальчику. – Выведи меня отсюда.
Из кабинки послышался смех девушки. Смех, переходящий в плач. Нарастающая лавина звука, от которой трясутся стены человеческого общежития, вдребезги разбиваются окна и посуда. Смех, выворачивающий людей наизнанку независимо от правил приличия. Плач, подрывающий сострадание, отменяющий жалость и волеизъявление. Терпящие бедствия корабли индивидуального счастья, натыкающиеся на ангельскую гордость злобных нравоучений…
Алексей отскочил от мальчика, жестоким мужским голосом произносящего слова. С трудом поднялся на ноги и бросился к выходу.
- Нет, Алеша, не туда, смотри. – Узнал он голос девушки.
Алексей с размаху ударился о неподвижную деревянную дверь. Девушка сидела на перегородке, мотая голыми ногами перед дверью одной из кабинок. Алексей бросился к кабинке. С силой открыл дверь, отчего девушка соскочила с неустойчивой перегородки, оказавшись в его объятьях.
- Помой рабочего или возьми его с собой, - нежно произнесла она, закатив глаза от удовольствия.
- Не надо благодарности: он просто сделал свое дело. – Все тем же жестоким мужским голосом сказал мальчик, с восхищением смотря на рабочего.
Алексей оттолкнул девушку. На месте унитаза в кабинке была темная дыра. Не думая, он прыгнул в нее.

Тем временем, Алексей, его брат, уже сидел в своем кабинете. Напротив него в два ряда стояли восемь черно-белых телевизоров. На всех экранах были разные изображения. Из динамиков под потолком вырывались звуки классической музыки, монотонный голос ведущего программы новостей, спор двух детей и что-то еще. Алексей курил и ел желтое печенье.
- Загруженность информационных каналов человеческого мозга сужает сознание, позволяя концентрироваться на творческой деятельности. – Зачитывал ведущий программы новостей.
Алексей, от удовольствия закрыв глаза, наслаждался желтым печеньем, когда в кабинет вбежал его брат. Нервно вытолкнув кричащую секретаршу из кабинета, Алексей в разорванной испачканной грязью и кровью мокрой одежде, вплотную подошел к брату.
- Здравствуй, Алексей, - сказал он.
- Алеша, здесь телевизоры, смотри.
Смахнув на пол бумаги, Алексей сел на стол. Оба уставились в левый верхний экран.
- Внимание, в кадре непрофессионал, - заскрежетал из динамика металлический голос туалетного мальчика. – Внимание, в кадре непрофессионал.
На экране телевизора появилась наполняемая водой комната с деревом в центре. Между ветвями забилась старуха. Ее лицо показали крупным планом: гнилые зубы с прорастающими из дыр зелеными стебельками.
Алексей свалился со стула. Сдавленным голосом прохрипел:
- В кадре непрофессионал. Алеша, смотри: в кадре непрофессионал.
Его лицо потемнело, слилось с коричневым ковром.
- Непрофессионал, смотри, - услышал Алексей.
Комната все наполнялась водой. Старуху смыло с дерева, и теперь она плавала на поверхности, пытаясь закрыть рот.
Алексей спрыгнул со стола и растворился в нарастающей суматохе.

 

Вадим Климов